Виктор Ющенко уже без малого год, как не президент Украины и, по сути, даже не политик. Но дело его живет.
В смысле, дело об отравлении Виктора Андреевича. Едва вступив в должность президента, Ющенко заверил народ, что отравители в кратчайшие сроки будут найдены. Назначенный президентом на должность министра внутренних дел Юрий Луценко был еще более конкретен: в одном из первых после назначения комментариев, данных корреспонденту «Трибуны», Юрий Витальевич, ничтоже сумняшеся, констатировал: дескать, известно, кто доставил яд в Украину (видимо, намекая на иностранный след отравления кандидата в президенты), когда доставил и через какой пункт пропуска, наконец кто подсыпал Ющенко яд.
Прошло почти шесть лет с того момента, и в стране многое поменялось. Поменялся президент. Поменялась – причем кардинально – роль Луценко: если раньше сажал он, то теперь сажают его. Прежним осталось одно: уголовное дело по отравлению Ющенко. Оно все так же не расследовано, чрезвычайно политизировано, перманентно ударяет по всем, кто с ним связывается (вот и тот же Луценко одно из своих дел получил в прямой связи с делом Ющенеко), и перманентно же упоминается политиками в целях пиара.
В декабре прошлого года свои соображения относительно дела по отравлению Ющенко высказал в интервью газете «Financial Times» экс-председатель СБУ, глава политсовета партии «Наша Украина» Валентин Наливайченко. Мнение политика вызвало интерес украинских СМИ, много цитировавших Наливайченко. В то же время многое, высказанное председателем политсовета, вызвало удивление экспертов. «Трибуна» предоставляет слово Николай Обиходу - заслуженному юристу Украины, который, как нам кажется, очень убедительно аргументировал, в чем не прав Валентин Наливайченко. Итак, слово профессиональному юристу.
Не ставя под сомнение компетентность экс-председателя СБУ Валентина Наливайченко, учитывая его дипломатическое прошлое и опыт в такой специфической отрасли, как международное право, есть все основания усомниться в глубине его познаний в области уголовного и уголовно-процессуального права.
Эти сомнения рождены весьма оригинальными заявлениями Наливайченко по поводу отравления Виктора Ющенко.
Около месяца назад многие СМИ посвятили свои страницы последней новости от В. Наливайченко. Агентство УНИАН сообщило , что «дело об отравлении экс-президента Украины Виктора Ющенко следует передавать в суд. Такое мнение выразил председатель политсовета «Нашей Украины» Валентин Наливайченко в интервью газете «Financial Times».
В чем же суть поднятых им вопросов, и есть ли на них ответ? Обратимся к настольной библии юристов - Уголовно-процессуальному кодексу Украины (далее УПК), который нужно не только чтить, но и читать - даже большим руководителям правоохранительных органов и политикам.
Возражение первое
Валентин Наливайченко считает необходимым уже сейчас закончить следствие, сформулировав обвинительное заключение по уголовному делу об отравлении Виктора Ющенко, и передать это дело в суд.
Позволяет ли это закон?
Ст.212 УПК гласит, что перед направлением дела в суд досудебное следствие заканчивается составлением обвинительного заключения.
Согласно ст.232 УПК, прокурор после получения от следователя дела с обвинительным заключением и соответствующей его проверки утверждает это заключение (естественно, если согласен с ним) и направляет дело в суд.
Что такое обвинительное заключение, основания для спешного составления которого уже сегодня видит В. Наливайченко?
Статья 223 УПК констатирует, что следователь составляет его после окончания следствия и указывает следующие моменты: установленные следствием обстоятельства дела, место, время, способ, мотивы и последствия преступления, совершенного каждым из обвиняемых, а также доказательства, которые собраны в деле; показания каждого из обвиняемых по сути предъявленного обвинения, доводы их в свою защиту и результаты их проверки; наличие обстоятельств, которые отягчают и смягчают наказание. Здесь же приводятся сведения о личности каждого из обвиняемых, кратко излагается суть предъявленного обвинения с указанием статьи уголовного закона, которая предусматривает данное преступление.
Перед составлением заключения следователь признает собранные доказательства достаточными для его составления, объявляет обвиняемому об окончании следствия, разъясняет права и знакомит с материалами дела.
Таким образом, закон однозначно предусматривает возможность окончания досудебного следствия по уголовному делу с составлением обвинительного заключения и направление этого дела в суд только в том случае, если по делу имеется обвиняемый или обвиняемые.Возникает вопрос: а есть ли по делу об отравлении обвиняемые? Об этом неоднократно говорил еще генпрокурор Медведько – нет. Так, 20 апреля с. г. он заявил «Комсомольской правде в Украине»: «У нас нет данных, кто именно отравил. Это еще предстоит выяснить. Версии самые разнообразные, их нужно проверить». 17 июня этого года Медведько снова заявил, что не знает, когда будет раскрыто отравление Ющенко: «Сложно сказать, какой будет результат этого расследования ... будет ли оно раскрыто, я не знаю».
А уже совсем недавно – в средине декабря прошлого года (то есть уже после заявлений Наливайченко) об этом заявила и бывший руководитель следственной группы Генеральной прокуратуры Украины Г. Климович. На вопрос «Газеты по-киевски» о том, можно ли дело Ющенко отправлять в суд, поскольку сам он на этом настаивает, она ответила: «Конечно, нет. Дело направляется в суд только тогда, когда есть конкретные обвиняемые, то есть лица, которым предъявлено обвинение. Таковых сейчас, насколько я знаю, нет».
Более того, в ходе расследования отравления Виктора Ющенко до сих пор не возбуждено даже уголовное дело против какого-либо конкретного Иванова. Потому что, как гласит ст. 97 УПК Украины («Порядок возбуждения уголовного дела»), уголовное дело возбуждается против конкретного лица лишь в том случае, «если на момент возбуждения дела установлено лицо, совершившее преступление».
Не имеется же таких дел по той причине, что следствие вместе с возглавляемой Наливайченко СБУ не установило преступников и не привлекло их в качестве обвиняемых или хотя бы подозреваемых. Несмотря на то, что, по утверждению Наливайченко, «та следственная группа, которая работала, – в ней были очень жесткие следователи, они работали с нами очень жестко: предписаниями, указаниями. И СБУ, и милиция сделали для них очень много оперативной работы, изучили людей, тысячи мельчайших информаций о причастности-непричастности».
К сожалению, «предписаниями, указаниями», какими бы жесткими они ни были, результаты работы не заменишь. А эти результаты – отсутствуют.
Так, одни из последних данных о достижениях следствия по делу об отравлении Ющенко озвучены 10 декабря этого года в интервью газете «Сегодня» новым Генпрокурором В. Пшонкой, который сообщил прессе, что следствие делает шаги вперед «для установления истины, выяснения всех обстоятельств – было ли отравление, и, если да, кто виновен».
То есть следствие на сегодняшний день еще не разобралось, было ли вообще такое преступление, как умышленное отравление Ющенко, не говоря уже о том, чтобы установить конкретных злоумышленников и уже сегодня решать вопрос о предании суду конкретных людей.
Так кого же из физических лиц, будь то наши сограждане или иностранные злодеи, Наливайченко собрался в спешном порядке направить в суд вместе с делом об отравлении Ющенко? О каком окончании следствия и направлении дела в суд может идти речь при таком состоянии следствия?
Может ли сегодня следователь ГПУ указать в обвинительном заключении, которого требует Наливайченко, сведения, обязательные для окончания следствия в соответствии с законом – о личности обвиняемых, обстоятельствах совершения преступления, о времени, месте, способе и, что самое главное, о доказательствах совершения этими обвиняемыми преступления? Прокуроры отвечают – не может.
Но, может, прав Наливайченко? Почему бы не предъявить обвинение участникам сентябрьского в 2004 году ужина с Виктором Ющенко, почему не арестовать их и не отправить вместе с делом в суд? А если кто-то из них находится за рубежом, то почему бы не передать дело по его обвинению, как это предусмотрено международными конвенциями, для уголовного преследования в суд другого государства?
Вот здесь-то и нужно вспомнить требования нашей многострадальной Конституции: «Органы государственной власти и органы местного самоуправления, их должностные лица обязаны действовать лишь на основании, в пределах полномочий и способом, предусмотренными Конституцией и законами Украины» (ст.19).
В отличие от Наливайченко, прокуроры знают следующее положение закона: «Никто не может быть привлечен как обвиняемый иначе чем на основаниях и в порядке, установленных законом» (ст.5 УПК Украины).
Собака зарыта в очень кратком и простом требовании закона – в данном случае ст.131 Уголовно-процессуального кодекса Украины, которая так и называется «Привлечение как обвиняемого»: «При наличии достаточных доказательств, которые указывают на совершение преступления определенным лицом, следователь выносит мотивированное постановление о привлечении этого лица как обвиняемого».
Мало кто сомневается в направленности мысли и решительности недавнего руководителя следственной группы Генпрокуратуры Украины Галины Климович предъявить обвинение в отравлении Виктора Ющенко любому участнику сентябрьского ужина 2004 года при наличии доказательств совершения ими преступления. Да и любому другому причастному к отравлению лицу, невзирая на зацикленность так называемой «легенды украинского следствия» на определенных версиях.
Загвоздка в том, что доказательств для этого Галина Ивановна не наработала, бездарно растратив столь ценное для следствия время на бесполезные вызовы футболистов и вальяжные допросы чуть ли не поголовно населения Украины.
Статья 62 Конституции Украины гласит, что «обвинение не может основываться… на предположениях». Похоже, что В. Наливайченко не знает эту краткую формулу, вечным гвоздем сидящую в мозгу каждого профессионального следователя, прокурора и судьи.Ведь любой здравомыслящий следователь и прокурор по этому делу, прекрасно зная по роду своей профессии Уголовный кодекс, никогда не рискнет перешагнуть этот рубикон, за которым начинается должностное преступление против правосудия и мрачная перспектива оказаться с противоположной стороны следственного стола.
Так, законом установлен жесткий ограничитель для недобросовестных правоохранителей, своего рода Дамоклов меч, неумолимо висящий над головой каждого потенциального нарушителя, – статья 372 Уголовного кодекса Украины: «Привлечение заведомо невиновного к уголовной ответственности», предусматривающая лишение свободы на срок до 10 лет за такое преступление.Поэтому все публично посылаемые в интересах Ющенко Валентином Наливайченко месседжи, фактически направленные на стимуляцию предъявления обвинений и направления в суд дела против людей, доказательства вины в отношении которых отсутствуют, столкнувшись с реальной действительностью и здравым смыслом, напоминают восточную притчу: сколько ни повторяй «халва», во рту слаще не станет.
Возражение второе
«Правовая система Украины должна не медлить, а передавать дело в суд. Даже если не хватает чьих-то показаний – то судья будет принимать решение, но факт отравления должен быть установлен судом и раз и навсегда снять любые политические сомнения», - подчеркнул в своем интервью газете «Financial Times» Валентин Наливайченко.
Здесь абсолютно нельзя согласитmся с экс-председателем СБУ. Не может быть и речи о направлении незавершенных следствием дел, грубо говоря, без доказательств, в суд исходя из чьей-либо прихоти, даже из благих побуждений.
Процедура направления дел в суд четко регламентирована уголовно-процессуальным законодательством, и заявления В. Наливайченко говорят если не о дилетантстве бывшего руководителя правоохранительного органа специального назначения в этой отрасли права, то уж наверняка о политической заангажированности его как руководителя партии, представляющей интересы Ющенко.
Напомним, что задачей уголовного производства является установление объективной истины по делу и принятие на этой основе законного, справедливого решения. Единственный способ установления истины, согласно закону, - «всестороннее, полное и объективное исследование обстоятельств дела» (ст.22 УПК Украины). Поэтому, если не хватает доказательств, нужно их искать, а не обращаться в суд, не имея их на руках, что чревато беззаконием и произволом в разных формах проявления.
Не прав Наливайченко, когда считает, что нет помех для рассмотрения дела в суде и принятия решения судьей.
На самом деле у следствия отсутствует необходимый для суда элемент - сами обвиняемые как физические лица с конкретными именами и фамилиями. По очень и очень уважительной причине: следствием до сих пор не установлены конкретные люди, для предъявления обвинения которым имелись бы достаточные доказательства. Более того, такие доказательства не добыты.
Сомнительно, что В. Наливайченко, всего лишь несколько месяцев назад ушедший с поста руководителя спецслужбы, оперативно сопровождавшей расследование этого дела, не знает этих реалий и настоящего состояния следствия по делу об отравлении.
Что касается того, что суд в настоящее время якобы должен установить факт отравления Ющенко, то при отсутствии в деле обвиняемых, а значит, в суде – подсудимых, это является нонсенсом, поскольку ст.275 УПК Украины («Пределы судебного рассмотрения») четко устанавливает: «Рассмотрение дела проводится только в отношении подсудимых и только в пределах предъявленного им обвинения».
Проще говоря, нет подсудимых - нет и судебного процесса в уголовном суде.
Если же Наливайченко полагает, что следствие должно предъявить в настоящее время обвинение в отравлении Ющенко каким-то якобы известным ему лицам и затем направить дело по их обвинению в суд, то такой сценарий несостоятелен. Это вытекает из прямых оценок «достижений» по делу ГПУ, СБУ и прочих ведомств руководителями ГПУ. А также и основным персонажем в расследовании – Г. Климович, не нарушившей в этом закон, что делает ей честь: видимо, сказался иммунитет, приобретенный за годы следственной работы.
Возражение третье
«Кроме того, по мнению В.Наливайченко, в суде должны определить, кто главные подозреваемые и причастные к отравлению», - отмечает УНИАН.
Подозреваемый как субъект уголовного процесса фигурирует в нем лишь в стадии досудебного расследования (при дознании и досудебном следствии). Это четко регламентировано Уголовно-процессуальным кодексом Украины, а именно ст.43-1 «Подозреваемый»: «Подозреваемым признается: 1) лицо, задержанное по подозрению в совершении преступления; 2) лицо, к которому применена мера пресечения до вынесения постановления о привлечении его как обвиняемого».
То есть, в нашем случае, это должен сделать следователь, в производстве которого находится дело об отравлении Ющенко. Он же, процессуально превратив подозреваемого в обвиняемого путем предъявления ему обвинения, создаст предпосылки для последующего законного направления уголовного дела в суд.
А суд, согласно закону, при рассмотрении дела после завершения в установленном порядке досудебного следствия должен решать совсем иные вопросы, в число которых не входит определение подозреваемых лиц. Основной из этих вопросов – «виновен ли подсудимый в совершении этого преступления» (ст.324 УПК).
Возражение четвертое
«В. Наливайченко считает непонятным, почему была заменена следственная группа по делу. «Есть вопрос к руководству ГПУ – почему была заменена следственная группа?» - цитирует «Financial Times» УНИАН.
Вполне разумной и справедливой виделась позиция генпрокурора А. Медведько: расследование, которым занимается Климович, - не личное дело, а следствие – не частная лавочка, никаких тайн от надзирающего прокурора у следователя быть не должно, к тому же Климович уже не один год занимается этим делом, но пока конкретного результата нет.
Подтвердил это и его преемник В. Пшонка, заявив газете «Сегодня», что группа Климович, вольно или невольно, в какой-то степени подыгрывала определенным политикам и политическим силам. Упускались важные моменты, и внимание переключалось на малозначимые детали. Над ее действиями не было надлежащего прокурорского надзора.
Некоторые откровения Климович в СМИ еще раньше свидетельствовали о тревожных симптомах. Так, в передаче «Закрытая зона» она заявила: «У меня не просто список, у меня колоссальный архив материалов на очень многих высокопоставленных чиновников». Летом 2009 года в одном из блиц-интервью говорливая следовательница слегка попугала публику, сообщив, что информация из дела об отравлении Ющенко может превратить нескольких кандидатов в президенты Украины в политические трупы. Собирание компромата на чиновников уж никак не сообразуется с основной и единственной задачей следственной группы – раскрытием преступления по порученному уголовному делу.
Галина Климович переборщила в своем стремлении быть бесконтрольной, что в корне противоречит требованию закона, возлагающего надзор за соблюдением законов при проведении досудебного следствия на прокурора. Прокурор, конечно же, должен вовремя упреждать и пресекать ростки бонапартизма у неуравновешенных, амбициозных людей, получающих полномочия и власть следователя над людьми, во избежание вреда интересам правосудия.
Возражение пятое
В целом, анализируя высказывания Наливайченко, невольно приходишь к выводу, что это вынужденное озвучивание далеких от права и законности сентенций из-за его солидарности с нынешним лидером партии «Наша Украина» и бывшим его работодателем Виктором Ющенко:
«В 2007 году, думаю, я допустил одну из самых больших ошибок (когда не добился передачи дела в суд) …Что касается отравления Виктора Ющенко, то в 2007 году я принципиально был убежден, что именно тогда у следственной группы было достаточно материалов, чтобы направить дело в суд… Для подведения итогов тогда были и правовые предпосылки, и воля руководителя СБУ, но не хватило решительности у руководителей Секретариата президента….», - отметил Наливайченко в интервью «Комментариям».
Сказанное Наливайченко так же далеко от реальных фактов и от закона и права, как и само следствие - от реального окончания расследования.
Во-первых, как обстоят дела с правовыми предпосылками и достаточностью материалов (читай – доказательств) для направления дела в суд – смотри выше.
Во-вторых, Валентин Александрович забыл, что не Секретариат президента и не председатель СБУ решают вопрос о направлении уголовных дел в суд. Это функция прокурора, который при решении вопроса о направлении дела в суд руководствуется требованиями закона и не нуждается в наличии воли руководителей СБУ и Секретариата президента. Настойчивость и решительность последних в этом вопросе, при отсутствии законных оснований для направления дела в суд, для прокурора должны весить не больше, чем мнение племенного совета африканских зулусов об особенностях нашего налогового кодекса.
Если это не так, тогда какое же правовое государство строила «оранжевая» власть, и что же тогда проповедует один из руководителей партии, считающей себя демократической?
«Были все основания и для предоставления международных следственных поручений относительно выдачи главного подозреваемого, который находился на территории другого государства», - читаем в том же интервью.
В деле не было и до сих пор нет подозреваемых. Об этом прямо говорят Г. Климович (дело «фактовое»), А. Медведько и В. Пшонка. Последний, в частности, на вопрос корреспондента газеты «Сегодня» по поводу бывшего зампредседателя СБУ Сацюка, которого в «оранжевый» период упорно пытались назначить на роль главного отравителя, ответил, что у следственных органов нет оснований его задерживать.
И последнее. В мае 2010 года Наливайченко заявил об отравителях Виктора Ющенко: «Это банда людей, которая имела отношение к спецслужбам, доступ к специальным отравляющим веществам, к очень большим деньгам». На вопрос, известны ли имена участников этой «банды», экс-глава СБУ ответил: «Безусловно» (?!).
Плохо, когда желаемое выдается за действительное. Не к лицу бывшему руководителю СБУ - а этот статус обязывает быть очень корректным в информировании нашего доверчивого общества - публично распространять неподтвержденные фантазии, не приводя никаких доказательств сказанному, очевидно, за неимением таковых. По логике вещей, теперь следует ожидать от Генеральной прокуратуры официального реагирования на распространение дезинформации со стороны одного из нынешних руководителей бывшей партии власти. Ведь фактически выдвинуто обвинение в укрывательстве преступления и преступников главному надзорному органу страны, его руководителям и следственной группе, возглавляемой долгие годы Галиной Климович, а теперь - ее преемниками.
Об авторе. 
Обиход Николай Сергеевич, генерал-лейтенант юстиции, заслуженный юрист Украины. С 1981 по 2002 год работал в органах прокуратуры, где прошел путь от следователя прокуратуры района до заместителя генерального прокурора Украины (1998-2002). С 2003 по 2005 год - заместитель председателя Службы безопасности Украины. В данное время является вице-президентом Центра стратегических исследований и анализа.
http://tribuna.com.ua/articles/politics/259636.htm
Комментарии
Отправить комментарий