Недавно свои предвыборные программы презентовали ещё двое кандидатов на пост президента России – Сергей Миронов и Геннадий Зюганов. Если остановиться на внешней политике, то одним из главных тезисов обоих можно считать намерение продолжать постсоветские интеграционные процессы. В частности, оба пообещали привлечь к этим процессам и Украину, в отличие, например, от Владимира Путина, не упомянувшего в своих предвыборных тезисах ближайшего соседа. Возможно, оппоненты фаворита президентской гонки пытались таким образом разыграть пресловутую карту «восстановления величия Россия»: у Путина, как видим, пока что большие проблемы с привлечением Киева в новые интеграционные объединения.
Насколько это сработает в условиях возросшего недовольства российскою властью –вопрос. В большинстве своём, рядовой обыватель если уж и не любит Путина, то за коррупцию, за отставание регионов от мегаполисов, возможно, за банальное отсутствие альтернативы, из-за общей усталости от его фигуры. Но уж точно не за внешнюю политику: здесь у российского обывателя полный консенсус с властями, в том числе и касательно Украины и ближайших соседей по бывшему СССР.
Самое интересное, что мало чем в данном вопросе отличается и внесистемная оппозиция. Разве что за некоторыми исключениями, вроде Валерии Новодворской, которая считает Россию больной имперским синдром, но таковые приходятся абсолютными маргиналами даже в «несистемных» рядах. Вот, к примеру, как отзывается о восстановлении российского влияния Борис Акунин: «В культурно-экономическом смысле я вполне себе империалист. Я очень хотел бы, чтобы притяжение нашей культуры, мощь нашей экономики и завидные условия нашей жизни побуждали соседей добровольно стремиться к содружеству и союзу с нами. Я – за восстановление (а если получится, то и за расширение сверх прежних пределов) сферы российского культурного и экономического влияния». Или Алексей Навальный: «Если говорить о государственной стратегии, в рамках которой можно эффективно продвигать только простые вещи, то главный предмет нашей заботы – русский язык. Пока в соседних странах живы ещё люди, свободно говорящие на русском, мы обладаем инструментами культурного влияния». Вот что говорится в программе Республиканской партии Владимира Рыжкова: «Выступаем за дальнейшее развитие союза России и Белоруссии, за присоединение к нему других государств СНГ, в первую очередь Украины». А вот частый украинский гость Борис Немцов, о союзе с Беларусью, правда, но невелика разница: «Считаем, что высшим национальным приоритетом страны должно стать объединение России и Белоруссии. Объединение двух стран для нас гораздо важнее отношений с Лукашенко. Мы должны иметь в виду, что такое объединение несёт и России, и Белоруссии выгоды экономического, военно-политического и исторического характера». И так далее. Не очень то отличается от позиции официальных властей или думской оппозиции.
А вот с реакцией на такое положение вещей в Украине приходится сложнее. Там сложилось довольно интересное представление о политической ситуации в России. Половина страны – за Таможенный Союз, при этом она яро поддерживает Путина, считает его национальным лидером и ждёт пришествия руководителя подобного типа у себя на родине. Другая – симпатизирует оппозиции, и системной, и несистемной, приветствует протестные митинги и надеется на демократизацию России. А вместе с ней – и на отказ от «имперской политики», инициатором которой, по их мнению, является исключительно Путин. Стоит убрать действующего премьера – и Москва перестанет втягивать Украину в инициируемые интеграционные объединения, отпустит в Европейский Союз и НАТО.
Но как видим – особой разницы между риторикой российских либералов, коммунистов, социалистов, консерваторов, националистов, кого угодно по украинскому вопросу нет. Допустим, свергнут Путина, придёт к власти новое правительство, снова начнёт звать Украину в братские объятия – и что, Киев станет поливать грязью Россию Навального, Акунина, Рыжкова так же, как это делается с Россией Путина? Или, может, пора, наконец, задуматься, прежде всего, украинской оппозиции, что раз в России складывается такое единение по данному вопросу, в том числе и среди наиболее либерально и демократически настроенных людей, значит, дело не в «российском шовинизме», «имперском сознании», «украинофобии» и далее по списку, а в том, что такая точка зрения имеет права на существование. И не только на существование, но и на полноценное освещение в самой Украине, где возможность постсоветской интеграции и солидную поддержку со стороны собственного же населения таких инициатив предпочитают стыдливо замалчивать.
Артем Бузила
Комментарии
Отправить комментарий