Марьяна Мигаль
Всегда улыбающийся, приветливый, но при этом не лишенный сарказма и критического отношения к некоторым вещам, Игорь Слисаренко говорит, что по духу он миротворец, и если бы в детстве получил религиозное воспитание, то, скорее всего, стал бы священником. Но судьба распорядилась иначе, и, вместо того чтобы спасать человеческие души, ныне ведущий 5-го канала и эксперт по международным связям стал журналистом.
- Игорь, журнал "Фокус" в рейтинге популярности украинских телеведущих поставил вас на 15-е место. Вам это льстит или, напротив, считаете, что вас недооценили?
- Честно говоря, я с подозрением отношусь к рейтингам, составленным на основе опроса избранных людей. В таких случаях всегда есть большая вероятность субъективности. Для меня гораздо важнее, когда свое мнение выражают простые люди. Приятно, прежде всего, когда на улице узнают дети (оказывается, малышня смотрит новости), приятно, когда узнают женщины.
- А то, что вы разделили это место с Ефросининой и Терещенко, о чем-то говорит?
- Думаю, что для Маши это немного неприятно. Мне кажется, что как ведущая развлекательного шоу она делает свое дело на довольно высоком уровне. И непонятно, почему ее и других ведущих развлекательных программ оценивали наравне с ведущими новостей.
- Вы уже многого достигли, в конце концов, у вас есть имя, кем-то уважаемое, а кого-то, наоборот, раздражающее...
- Конечно, ведь значимость человека определяется по количеству его врагов.
- Есть предел вашим профессиональным амбициям?
- Профессиональным амбициям предела нет. Но для меня не столь важно продвижение по какой-то карьерной лестнице. Более того, когда мне в последнее время часто предлагали менеджерские должности, я отказывался. На данном этапе меня это не интересует. Меня устраивает то, что я сейчас делаю, - журналистика, преподавательская и научная работа.
- Вы упомянули о поступавших вам предложениях. Сейчас на многих каналах меняются команды. Вы никуда в ближайшее время не собираетесь переходить?
- С моей стороны было бы непорядочно говорить, с каких каналов поступали предложения, поскольку я отказался. Тем не менее я всем очень благодарен.
- Что лично вас держит на 5-м канале, ведь он сейчас переживает не лучшие времена. С чем, по вашему мнению, это связано?
- Действительно, согласен, времена нелегкие. А с чем это связано?.. Ну, это уже компетенция менеджмента - объяснять. А что держит? Возможность нормально работать в жанре новостей и делать свою авторскую передачу "Время по Гринвичу". Она о международных событиях, и я вижу, что спрос на такую информацию есть.
- Когда на канале работал Роман Скрыпин, некоторые сотрудники 5-го заявляли, что нет понимания между руководством и коллективом, что менеджеры не слышат журналистов. Как работается сейчас? Общий язык с Народецким нашли?
- Нашли. Он очень опытный профессионал, хоть телевидение для него - новая сфера деятельности. Всегда возникают производственные и коммуникационные проблемы, но все-таки я здесь. Поскольку верю, что кризисный период закончится.
- А чем в эфире 5-го канала продиктованы все более частые прямые включения с пресс-конференций?
- Заявленным форматом канала как информационного. Тут нельзя размещать клипы, проводить развлекательные шоу. Трансляция пресс-конференций - попытка представить себя именно как информационный канал. Это мне напоминает путь американского телеканала C-SPAN.
- 24-й канал - ваш конкурент?
- Некоторым образом, ведь это тоже сугубо новостной канал, но совершенно другого формата. Он подает информацию оперативно и качественно, и, следовательно, составляет нам конкуренцию. А что касается информационного вещания в целом, то считаю, что в Украине сегодня не хватает опытных репортеров, журналистов, которые бы работали в жанре репортажа. Мне кажется, в нем прекрасно работал Александр Шилко с "1+1", он в каждом материале находил какую-то изюминку. Сейчас доминирует развлекательный формат, потому что он приносит деньги. Информационная журналистика всегда затратна. Например, мировое телевидение, та же "Аль-Джазира" - как там работают репортеры, насколько они изобретательны в своих репортажах! Привлекают актеров, делают постановочные сцены, когда невозможно воссоздать какое-то событие. У зрителя действительно возникает ощущение, что он побывал на этом событии.
- В вашей биографии говорится, что вы печатаетесь в Польше, России, Хорватии, а как вас занесло в Африку?
- Это все моя научная деятельность. Я пишу научные статьи по вопросам политической коммуникации и масс-медиа. В араб-ских газетах довольно часто печатаюсь как публицист. Меня там знают и часто предлагают написать статью.
- Как-то вы сказали, что, когда делали лишь первые шаги в журналистике, вас опекали юмористы Олег Черногуз и Евгений Дударь. Да и начинали вы с юморесок в журнале "Перец".
- Да, я начинал с написания юморесок, еще в школе имел нахальство рассылать их в редакции. В газете "Вечерний Киев" меня заметила журналистка Любовь Федорова. Она и порекомендовала меня юмористам "Перца".
- Сегодня сатира не очень популярна. Нет желания от политической суеты вернуться к юмору?
- Пока выходил журнал "ПіК", я регулярно писал туда фельетоны и памфлеты. После того как он прекратил свое существование, я не вижу в других печатных изданиях этого жанра. Владельцы и шеф-редакторы его недооценивают.
- То, что сегодня происходит в нашем обществе, политике, у вас вызывает скорее смех и сарказм или слезы?
- Больше сарказм, но кулаки сжимаются. Когда я вижу растоптанные идеалы Майдана, политические игрища, слышу обещания, мне хочется сказать: "Кучмины дети, идите к чертовой матери, оставьте нас в покое и уступите место тем, кто знает и может сделать!"
- Вы считаете, что есть кому уступить?
- Думаю, что да - во втором эшелоне власти, на уровне заместителей министров, в частном бизнесе, науке. Вот кому нужно уступить место, чтобы они совершили прорыв в этой стране. Наша проблема - отсутствие национального лидера. Беда всех тех, кто брался руководить государством, начиная с Центральной Рады, в том, что они всегда хотели под кого-нибудь подстроиться. Винниченко и компания верили в социалистическую федерацию с Лениным, Скоропадский полагался на немцев, Петлюра тоже все время искал под кого лечь. В этом наша беда - отсутствие у политиков чувства собственного достоинства и неверие, даже страх перед собственным народом.
- Кто сегодня у власти: романтики или прагматики?
- Бездари.
- Чем может обернуться для Партии регионов гибель одного из ее лидеров Евгения Кушнарева?
- Понятно, что партия потеряла очень мощную фигуру. Это может существенно повлиять на дисциплину в ней, на интеллектуальный потенциал. Вместе с тем, как мы знаем, партия держится на другом человеке. Как рядовой гражданин считаю, что все политические смерти у нас не случайны.
- Игорь, вы учились в Лондоне, почему там не остались?
- Были предложения работать и в Лондоне, и в Ирландии, но я считаю, что мое место здесь.
- Чуть больше года назад, когда вас спросили, нужно ли нам стремиться в НАТО, вы ответили, что для этого нужно провести общественную дискуссию, которая разъяснит, в чем преимущества и недостатки альянса. Дискуссия началась?
- Сегодня идет политическая спекуляция из обоих лагерей, каждый выдергивает факты по своему усмотрению. Ни одна сторона не руководствуется национальными интересами. Этот вопрос нельзя решать на референдуме, поскольку он имеет большое значение для национальных интересов нашей страны. Если бы данный вопрос стоял в 1995 году, то все бы решилось намного проще в направлении "за". Потому что тогда России, по большому счету, было наплевать. Но теперь она вернула себе статус сверхдержавы. И не учитывать позицию Москвы сегодня было бы неразумным. Не в смысле подчинения ей, а в смысле нашей национальной выгоды.
- Вы отметили: "Уверен, что собственная значимость прямо пропорциональна калибру врагов". У вас много врагов?
- Есть немного. Не все воспринимают то, что я пишу и говорю.
- Кстати, по поводу того, о чем вы пишете. В журналистской среде за вами закрепилась слава публичного антисемита...
- Сам термин "журналистская среда" вызывает у меня улыбку. Эту "среду" даже нельзя назвать "сообществом". Эта "среда" боится потребовать от правительства США признать ответственность за убийство Тараса Процюка в Ираке. Что же касается славы публичного антисемита, то это умышленная клеветническая кампания как месть за мою журналистскую деятельность со стороны сионистских организаций, которые чувствуют свою безнаказанность. Кстати, в эти дни абсолютно аналогичная по огульным обвинениям ("антисемит", "антиизраильский" и т. д.) кампания идет против экс-президента США, нобелевского лауреата Джимми Картера за его книгу "Палестина: мир, а не апартеид". Правда, неплохая у меня компания? Картер в свои 82 держится мужественно. Так и мне сам Бог велел.
- Возможно, мужчин не принято об этом спрашивать, но есть ли что-то в этой жизни, чего вы боитесь?
- Боюсь показаться нескромным, невежливым, грубым, ведь как журналисту мне приходится задавать и неприятные вопросы.
