Евгений Марчук. Жизнеописание кандидата в украинские Де Голли. Часть 6

24 сентября 2003, 01:34
 Политика Источник: ForUM Персоны: Кучма Л. Д., Тимошенко Ю. В., Ющенко В. А.
Он рассматривал "Каневскую четвёрку" как инструмент своей собственной - но не коллективной игры. Марчук в принципе не умеет играть в коллективные игры, осознавая примат собственных интересов над коллективными. Любая структура, любая должность, любая партия становятся для Марчука лишь частью инструментария в более глобальных - по его мнению - игр.

В "Каневской четвёрке"

Апогеем президентской кампании Евгения Марчука становится 24 августа 1999 года. В день празднования восьмой годовщины независимости Украины четыре кандидата - Евгений Марчук, Александр Мороз, Александр Ткаченко и Владимир Олийнык - подписали в Каневе соглашение о создании коалиции, вошедшей в историю под названием "Каневская четвёрка". Смысл коалиции состоял в том, чтобы объединить усилия в борьбе против Леонида Кучмы, взаимно укрепить штабы членов коалиции, по возможности избежать взаимной критики и на завершающем этапе избирательной кампании выдвинуть единого кандидата от "Каневской четвёрки".

Евгений Марчук, обладавший своеобразной "золотой акцией" в президентском марафоне, получил поле для маневра. Он мог сыграть как в пользу Кучмы, так и в пользу Мороза. Он мог торговаться и выторговывать для себя новые и новые привилегии. Если бы он снял свою кандидатуру за неделю до выборов в пользу Мороза - Мороз бы вышел во второй тур и стопроцентно победил бы Кучму. Если же Марчук сыграл бы против Мороза, в пользу Кучмы - Мороз не попал бы во второй тур, уступив лидеру коммунистов Петру Симоненко. А с Симоненко Кучма бы легко справился. Марчук это понимал, поэтому затягивал переговоры. Более того: он опять-таки рассматривал "Каневскую четвёрку" как инструмент своей собственной - но не коллективной игры. Марчук в принципе не умеет играть в коллективные игры, осознавая примат собственных интересов над коллективными. Любая структура, любая должность, любая партия становятся для Марчука лишь частью инструментария в более глобальных - по его мнению - игр.

Подбор участников коалиции был достаточно интересным и естественным. У Мороза и Марчука были старые тесные связи. Ещё в 1996 и 1997 году поговаривали об их возможном союзе. Теперь он оформился в нечто более осязаемое. О связях Марчука и Ткаченко мы писали выше. Мороз и Ткаченко в 1997 году, накануне парламентских выборов, подписали соглашение о создании избирательного блока СПУ - СелПУ "За правду, за народ, за Украину!" и провели свои партии в парламент. Более того: у Мороза и Ткаченко были близкими идеологические платформы: фактически и Мороз, и Ткаченко стояли на позиции "аграрного социализма" (модернизированные эсеры) и именно в аграрных областях, среди сельского электората у них была основная поддержка. Главной социальной базой СелПУ были так называемые "красные бароны" - бывший сельский нобилитет (председатели колхозов, директора совхозов, парторги, бригадиры, агрономы). В значительной степени поддержкой этой же социальной базы пользовались и социалисты. Считается, что Мороз и Марчук убедили сомневающегося Ткаченко в мае 1999 года принять участие в президентских выборах (до этого времени Ткаченко убеждал журналистов, что он не будет выдвигаться в Президенты и что его устраивает статус "не первого, но и не второго лица в государстве"). Владимир Олийнык, мэр Черкасс, слегка диссонировал на фоне остальных участниками "четвёрки" - его удельный вес в политике был значительно ниже, чем у более именитых союзников. Журналисты - по аналогии с событиями 1957 года - окрестили четвёрку "союзом Марчука, Мороза, Ткаченко и примкнувшего к ним Олийныка".

По информации, просочившейся в прессу, стало известно о том, что на самом деле формат "четвёрки" возник за несколько дней до официального подписания соглашения в Каневе. При этом четвёртым субъектом первоначально был лидер коммунистов Пётр Симоненко. Именно в таком составе - Марчук, Мороз, Симоненко и Ткаченко - в середине августа 1999-го претенденты на пост Президента собрались в одном из помещений Верховной Рады и провели первые консультации. Но Симоненко не был выгоден Марчуку: его электорат не понял бы игр своего кумира с левыми. К счастью, Симоненко испугался последствий участия в коалиции, а его амбиции не позволяли ему - политику с достаточно высоким рейтингом - подписывать соглашения, предвидящие возможность его добровольного снятия с дистанции в пользу Мороза или Марчука. Вот именно на этом этапе и появилась фигура Олийныка как четвёртого участника коалиции. Фигура, выгодная именно Марчуку. Теперь в четвёрке устанавливалась видимость паритета: двое "левых" (Мороз и Ткаченко) и двое "правых" (Марчук и Олийнык). Именно в 99-ом впервые появился тезис, позднее широко используемый оппозицией: в Украине возможна не идеологическая, а "лево-правая" объединённая оппозиция, поскольку граница противостояния между Президентом и оппозицией проходит не в идеологической, а в моральной плоскости. Марчук, продемонстрировав принципы, на которых базировалась "четвёрка", показал дальнейший путь формирования украинской оппозиции.

Леонид Кучма, узнав о "Каневской четвёрке", на вопрос журналистов о том, что он думает по этому поводу, ответил: "Я считаю, что они - не мужики". Имелось в виду, что вчетвером воевать против одного - по крайней мере, не этично. Хотя реально никто в украинской политике не заботится о таком понятии, как этика.

Сам Марчук заявил на страницах газеты "День" о том, что "Каневская четвёрка" продемонстрировала общепринятый в европейской политике принцип консолидации различных политических сил.

Теперь основной удар пропрезидентского окружения был направлен на критику "Каневской четвёрки" и на "развенчание мифа о Марчуке". Сам же Марчук осенью 1999 года переходит к новой тактике и апробирует ноу-хау в украинских избирательных технологиях - общение с народом посредством открытых писем. Избиратели начали получать в свои почтовые ящики стандартные листы бумаги формата А-4 с подписью Марчука и с его патетическими призывами. Например, 15 сентября 1999 года в письме Марчук пообещал:

"МОЯ ВОЛЯ ОСТАЁТСЯ ТВЁРДОЙ И НЕПОКОЛЕБИМОЙ:

С первых дней заработает новая власть.

В государстве будет наведён порядок и установлена справедливость.

Люди получат возможность честно зарабатывать.

Для мафии и воров настанут тяжёлые времена.

Обманутым вкладчикам государство начнёт возвращать долги.

Пенсионерам будет гарантирована спокойная и обеспеченная старость.

Нищета и беспризорность останутся в прошлом.

Победа придёт в дом к каждому.

ДАЮ ВАМ ЧЕСТНОЕ СЛОВО!"

Желая привлечь на свою сторону молодёжь, Марчук пообещал:

- освободить на 2 года от налогообложения заработную плату молодых специалистов;

- содействовать молодёжному предпринимательству путём предоставления льготных кредитов под государственные гарантии;

- предоставлять долгосрочные кредиты для строительства и приобретения жилища;

- на протяжении года решить проблему молодёжной безработицы;

- внедрить переход на контрактные основы формирования профессиональной армии, не предвидящей обязательное прохождение действительной срочной службы молодёжью;

-инициировать принятие государственных программ: "Поддержка одарённой молодёжи", "Преодоление подростковой и молодёжной наркомании", "Против детской беспризорности", "Содействие развитию детских внешкольных заведений и центров досуга молодёжи", "Содействие молодёжному спорту", "Образование детей-инвалидов";

- пересмотреть существующий жилищный фонд с целью передачи молодым семьям жилищной площади под 30-летние беспроцентные кредиты;

- обеспечить развитие среднего и высшего образования, содействие компьютеризации школ в Украине.

Просмотрев агитационные материалы Марчука, мой приятель - университетский преподаватель - с горькой иронией заметил: "Если бы Марчук расписал все свои действия как долгосрочную перспективу, то он мог бы войти в историю как гениальный социалист-утопист, на уровне Сен-Симона, Фурье и Оуэна. А так он рискует войти в историю Украины как самый известный популист".

Ближе к концу избирательной кампании Марчук потерял свой оппозиционный запал. Александр Мороз в одном из интервью позже сказал о том, что Марчук выполнял чей-то заказ. "Я не хочу утверждать того, что не могу документально подтвердить, но имею основания думать о внешнем влиянии на перемену взглядов Евгения Кирилловича". Думаю, что реально сработало не столько внешнее влияние, сколько внутреннее понимание Марчука: "золотая акция" наконец-то должна сработать. Он должен оказаться в выигрыше, даже если не станет Президентом.

Любопытный фрагмент из избирательной кампании: 15 октября 1999 года агитационный автомобиль, принадлежащий штабу Марчука, столкнулся с другим автомобилем, в котором ехал российский певец Александр Розенбаум. Артист отделался лёгкими травмами и испугом, но пара процентов от рейтинга Марчука поубавилось...

День выборов, 31 октября 1999 года, стремительно приближался. Но "Каневская четвёрка" не спешила обнародовать имя единого кандидата. Всем было ясно: им станет либо Мороз, либо Марчук. Интрига развивалась, заставляла думать и спорить. У Мороза был выше рейтинг, но у Марчука - непомерные амбиции. У каждого кандидата был свой электорат, но его прямого арифметического сложения голосов не получилось бы. Правые, поддерживающие Марчука, вряд ли проголосовали бы за "левого" Мороза...

Наконец после длительных переговоров "четвёрка" заявила о своём решении: Ткаченко и Олийнык решили поддержать кандидатуру Мороза. Марчук решил идти на выборы самостоятельно. Принципы, заложенные в основу каневских договорённостей, были нарушены. Прошёл ещё один день, и Александр Ткаченко вдруг заявил о том, что он ошибся с выбором и теперь призывает голосовать не за Мороза, а за Марчука. Абсолютно несерьёзное поведение вроде бы серьёзного политика! Но сколько за ним угадывается драматических переговоров, обещаний, возможно, даже угроз! Ткаченко расписался в том, что готов полностью сойти с политической арены. Но зато амбиции Марчука были частично удовлетворены.

"Каневская четвёрка" во второй раз продемонстрировала, как политические интриги могут похоронить любое дело. В истории она останется как символ несбыточных надежд украинской демократии и как символ прозрачных технологий, не срабатывающих в условиях теневой политики.

31 октября 1999 года, во время выборов, за Марчука отдали свои голоса 8,13% избирателей. Он занял 5-е место, уступив Леониду Кучме, Петру Симоненко, Александру Морозу, Наталье Витренко. Но своё дело он сделал: благодаря Марчуку Мороз не стал вторым. Леонид Кучма уже в первом туре мог быть уверен: победа будет на его стороне. Наиболее опасный соперник был повержен. Против Симоненко же были разработаны и технологии, апробированные ещё в России во время выборов 1996 года (Ельцин - Зюганов), и сосредоточены рычаги влияния на самих коммунистов - во избежание неожиданных сюрпризов с их стороны. Марчук заслужил награду - и он её получил.

"Успокоившаяся сила"

10 ноября 1999 года, за четыре дня до второго тура президентских выборов, Леонид Кучма подписал Указ о назначении генерала армии Марчука Евгения Кирилловича Секретарём Совета национальной безопасности и обороны Украины. Для большинства это назначение стало неожиданностью. Бывшие сторонники Марчука по правому лагерю и соратники по оппозиции почувствовали политическую оплеуху. Кто-то пытался говорить о вынужденном примирении Марчука и Кучмы - сравнивали поход Марчука на Банковую с походом немецкого короля Генриха IV в Каноссу в январе 1077 года, на покаяние к Папе Григорию VII. Реально же это была личная победа Марчука: он вернулся в окружение Президента, при этом получив контроль над кадровыми назначениями, стратегическими объектами, внешней политикой и силовыми структурами. В журналистских кругах этот ход Кучмы сравнивали с назначением в России генерала Александра Лебедя - одного из кандидатов на президентский пост во время выборов 1996 года - на аналогичную должность. По форме это было так, но по сути имелось огромное отличие: пост Секретаря Совбеза в Украине был более весомым, нежели в России.

Марчук вышел из оппозиции. Газета "День" стала лояльной к Президенту. Из редакции уволились (или были уволены?) несколько радикальных журналистов - в первую очередь, Татьяна Коробова, искромётный талант которой безжалостно язвил Кучму и его окружение на протяжении всей избирательной кампании. Вышла из оппозиции Украинская республиканская партия (позже это привело к внутреннему расколу). Лидер одной из областных организаций УРП во время пресс-конференции, о выходе его партии из оппозиции, объяснил такой шаг тем, что "Президент разрешил (!!!) Евгению Марчуку, последовательно поддерживаемому партией, баллотироваться в Президенты в 2004 году". Более глупой формулировки слышать не приходилось.

Итак, "Спокойная сила" в конечном итоге успокоилась...

Став Секретарём Совета национальной безопасности и обороны Украины, Марчук сложил сои депутатские полномочия и фактически ушёл в тень - подальше от бурной политической деятельности. Он стал меньше "светиться" перед камерами и практически старался уйти от пресс-конференций. Он реже стал давать интервью. Марчук полностью отказался от популизма и превратился в прежнего Марчука - правда, с тем, что теперь он стал больше рассуждать о геополитических и макроэкономических вопросах.

В начале февраля 2000 ода Марчук сделал несколько резких заявлений. В этот период начинается активное противостояние между представителями старой, олигархической системы и новым правительством, возглавляемым Виктором Ющенко. В конце января Юлия Тимошенко, вице-премьер по ТЭК в правительстве В.Ющенко, сделала заявление, в котором обвинила председателя НАК "Нафтогаз України" Игоря Бакая в финансовых злоупотреблениях. Бакай был одним из фаворитов Леонида Кучмы. Стало очевидно, что в окружении Президента идёт борьба между двумя лагерями. Марчук, с которым Бакай поддерживал связи начиная с 1993 года, попробовал защитить председателя НАК-а, но сделал это слишком неубедительно. Заявление было не чётким, в нём речь шла о "принципиальной позиции СНБОУ относительно энергетических вопросов". Более того: заявление могла с таким же успехом использовать в свою пользу Юлия Тимошенко.

Кроме того, Марчук сделал заявление, в котором назвал ряд фирм, к которым у Секретаря Совбеза "имелись вопросы"...

18 февраля 2000 года, в 18.45 на 22-м километре шоссе Киев - Обухов джип "Форд", в котором находились Евгений Марчук и его заместитель Трофим Ковальчук, съехал в кювет. По данным милиции, водитель автомобиля, В.Буркота, не справился с управлением на скользкой дороге. Марчук позже категорически исключал возможность террористического акта: "Невозможно было заранее рассчитать место и время. Водитель, как правило, узнаёт, куда мы едем, когда я уже сажусь в автомобиль. Плановые, расписанные в графике поездки бывают крайне редко. В тот вечер никто не знал, куда я отправляюсь и, самое главное, - когда. При отсутствии такой информации рассчитать точку нахождения нереально. Поэтому версия о покушении маловероятна".

В тот же вечер Марчук попал в реанимацию. Как сообщила пресса, переломов не было. Зато были закрытые травмы позвоночника, а также травма брюшной полости. Шесть недель Марчуку пришлось пролежать неподвижно на спине - в соответствии с предписаниями врачей. К середине апреля он пошёл на поправку, начал передвигаться по палате, делать физические упражнения, восстанавливать функции мышечной системы.

Фактически вне активных действий Марчука в Украине прошло такое событие, как подготовка и проведение Всеукраинского референдума относительно внесения изменений в Конституцию. Оказалось, что Марчук во многом пересмотрел свои прежние убеждения. В нём исчез оппозиционный политик, равно как выветрилось оппозиционное мышление. Если год назад он говорил, что депутатская неприкосновенность должна оставаться как норма политической жизни, то теперь на вопрос журналиста "Киевских ведомостей" заявил: "Многие депутаты стремятся в парламент главным образом для того, чтобы получить неприкосновенность, и вовсе не хотят утруждать себя работой в Раде. Правда, с другой стороны, есть риск злоупотреблений по отношению к депутатам, не защищённым неприкосновенностью. А для этого необходимо усиливать институты гражданского общества, контроль за правоохранительными органами, юридический статус оппозиции и уровень её политической ответственности. Тот уровень депутатской неприкосновенности, который есть сейчас у нас - это правовая абракадабра. Когда, предположим, депутат задержан на месте преступления и все улики налицо, сё равно его нельзя привлечь к уголовной ответственности без согласия Верховной Рады. Такого нет нигде".

Марчук, лёжа в больничной палате, послал своеобразный месседж Президенту: он поддерживает все четыре пункта, выносимых на референдум. Кстати, не смотря на то, что Венецианская комиссия выразила протест относительно положений, выносимых на плебисцит. Марчук продемонстрировал, что он во всём согласен с Кучмой. Кучма месседж принял, понял и оценил. С этого времени Марчук получил своеобразную индульгенцию и иммунитет.

Для понимания механизмов, которые привели Марчука к фактической "непотопляемости", следует учесть ещё один фактор: после победы на президентских выборах 1999 года Леонид Кучма прочно укрепил своё положение. При этом Марчук в своей игре в компромиссы с Кучмой на некотором этапе (возможно, на этапе автомобильной катастрофы) перешёл границу, дал сбой, допустил ошибку. Как результат, человек, пытавшийся использовать других политиков и целые политические силы как инструмент своих собственных игр, сам стал надёжным инструментом в руках Леонида Кучмы. То, чего не удалось Кучме в 1995-м и в 1996-м годах, получилось в 1999 - 2000: Марчук перестал быть "котом, гуляющим самим по себе". Он стал верным соратником Президента.

Энигма и харизма Марчука быстро улетучились. Марчук стал одним из "опричников" Леонида Кучмы. Правда, трудно оценить настоящую степень приближенности Марчука к Кучме. Юлия Мостовая, пытаясь воссоздать модель отношений в окружении Кучмы, в феврале 2000 года поместила Марчука на отдалённую четвёртую орбиту, при этом разместив его в одной компании с Александром Волковым, Игорем Бакаём, Николаем Сацюком и другими представителями "волковского" клана. Скорее всего, сотрудничество Марчука с волковцами было не более, чем ситуативным, и уже после выхода Евгения Кирилловича из больницы никто всерьёз не говорил о том, что у Марчука и Волкова существуют общие интересы.

Выход Марчука из отпуска сопровождался новым затишьем. Силовые министры, работу которых он обязан был координировать, слегка бойкотировали Марчука. Силовики встречали Марчука откровенной прохладой: он был "чужаком" в их обществе. Министр внутренних дел Юрий Кравченко и председатель Службы безопасности Украины Леонид Деркач были людьми, находящимися в близких - даже дружеских отношениях с Президентом. Марчук не мог похвастать такой близостью. До недавнего времени он был "чужим", против которого силовые ведомства вели борьбу. Теперь он стал не просто "своим" - он вроде бы стал над силовиками. Марчуку не хватало "своих" людей. Не хватало тех, кто мог бы обеспечить тылы и предоставлять необходимую информацию.

Кстати, Леонид Деркач в своё время провёл решительную чистку марчуковских кадров в СБУ - теперь некогда родное для Марчука ведомство вдруг стало чужим и неузнаваемым. Но существовал один момент, который Марчуку удалось прочувствовать: обычная и естественная конкуренция между МВД и СБУ, существовавшая всегда - ещё с советских времён - теперь переросла в откровенную личную вражду Юрия Кравченко и Леонида Деркача. Дошло до того, что в феврале 2000 года кто-то "слил" информацию, компрометирующую лично сына Леонида Деркача, народного депутата Андрея Деркача. Андрей Леонидович якобы был задержан милицией в неподобающем виде и в неподобающем месте - с неподобающей компанией и с неподобающими нардепу и сыну председателя СБУ веществами. Информация просочилась в СМИ - в первую очередь, российские. Андрей Деркач созвал пресс-конференцию, на которой решительно опроверг обвинения в свой адрес. Первоначально считалось, что слив компромата был осуществлён по инициативе министра внутренних дел Кравченко. Но тот - человек не глупый и не настолько смелый, чтобы воевать с любимцем и "крестником" Леонида Кучмы. Возникли другие версии, в том числе и версия о причастности к делу Евгения Марчука. Доказательств найти не удалось, однако отношения между Марчуком и Деркачами остаются более чем натянутыми до сих пор.

После выхода из больницы Евгений Марчук получил от Президента новое задание: разобраться и сделать выводы относительно состояния дел в железнодорожной отрасли. Дело в том, что в начале апреля 2000 года на стол Президента легло письмо от начальника Львовской железной дороги Георгия Кирпы. Георгий показал реальную картину состояния дел на "Укрзалізниці". Железнодорожное полотно, электровозы и вагоны изнашиваются, на их место не приходит новая техника. Украинские железные дороги едва справляются с транспортными потоками. Увеличение транспортных потоков может повлечь к увеличению аварийности на путях. В то же время "Укрзалізниця" имеет прибыли, которые не идут в пользу отрасли. На железной дороге прибегают к завышению расходов, применяют свободные тарифы там, где должны быть регулируемые, устанавливают дисконты к тарифам вопреки интересам отрасли и государства, при этом одним клиентам тарифы безосновательно увеличивают, а другим даже позволяют выплачивать услуги железной дороги не по транзитным, а по обычным внутренним тарифам. Как результат - 1999 года "живыми" деньгами было оплачено только пятую часть внутренних грузовых перевозок. Живые расчеты составили на Донецкой железной дороге 12%, Приднепровской - 14%, Южной - 23%.

Несбалансированная тарифная политика отпугивала многих клиентов и даже приводила к потере традиционных тарифных перевозок по странам СНГ через территорию Украины. В результате Украина теряла $500 млн. ежегодно только за счет транзитных перевозок!

Письмо Кирпы явилось, в первую очередь, следствием внутренней борьбы и внутреннего противостояния в среде "железнодорожных генералов", которые после гибели в октябре 1999 года наиболее авторитетного руководителя, "папы" железнодорожников Бориса Олийныка, начали фактическую междоусобную войну. Марчук понимал, что Кирпа, об уме, хитрости и жёсткой хватке которого ходили легенды, может в скором времени стать политической фигурой. Ему была нужна лишь поддержка.

Вскоре состоялось заседание Совета. По его результатам Указом Президента был объявлен выговор министру транспорта Леониду Костюченко. Угроза увольнения нависла над руководителями отдельных железных дорог. Анатолий Слободян был освобожден с должности генерального директора государственной администрации железнодорожного транспорта ("Укрзалізниці"). На его место был назначен именно Георгий Кирпа. Одновременно Кирпа стал первым заместителем Министра транспорта Украины.

Это назначение можно было рассматривать и как одну из побед Марчука: теперь у него появился союзник. Кирпа в дальнейшем мог играть свою политику, но все понимали, кого он должен был благодарить за право переезда на работу в Киев. Хитрому, умному и изворотливому Марчуку нужен был союзник именно с жёсткой хваткой, хваткой волкодава. Этого качества не хватало самому Марчуку. Он нашёл такого союзника!

Лето 2000 года характеризовалось важными процессами в украинской экономике и политике. Вице-премьер-министр Юлия Тимошенко активизировала борьбу с украинскими олигархами, пытаясь выбить из-под их ног основу их могущества - энергетику. Побывав в своё время в роли олигарха, и чудесно разбираясь в схемах, используемых олигархами, Юлии Владимировне удалось провести через парламент ряд законопроектов, позволивших существенно ослабить бесконтрольное и абсолютное господство кланов и групп в энергетической сфере. Это ударило по нескольким группам - в первую очередь по среде СДПУ (о) и группе Волкова - Бакая. К последней, как помним, авторитетные эксперты на некотором этапе причисляли и самого Марчука.

Марчук чудесно понимал: в условиях олигархического строя рано или поздно он рисковал бы стать вассалом одной из бизнес-групп. Законы олигархии были простыми: деньги являются основным мерилом политической целесообразности; человек, находящийся на важном политическом посту, должен иметь олигархическую "крышу" и соблюдать интересы "хозяина"; для того, чтобы выйти из-под влияния олигарха, надо или перейти к более влиятельному олигарху, либо самому стать олигархом. Всё просто и банально. Перспектива не из лучших. Можно было, конечно, оставаться в роли "человека государева" и не принадлежать ни к одному из "кланов" - но для этого надо было получить неформальный статус личного друга Президента. И зависеть только от Президента, при этом не превращаясь в олигарха - как Юрий Кравченко или Николай Азаров. Но для этого надо было попасть в фавор к Президенту, а Леонид Данилович не многих подпускал к себе на близкое расстояние.

Марчук понял: Тимошенко может стать выгодным козырем в его личной политической игре. Тимошенко надо дать возможность развернуться и подорвать основы олигархического строя. Кстати, понимал это и Кучма, которого стало беспокоить растущее влияние тех, кого причислили к лику олигархов. Олигархи, коих было немало в окружении Кучмы, каждый день демонстрировали свои финансовые мышцы, непомерный аппетит и требовали новых и новых уступок. Некоторые даже пытались взять на фактическое иждивение президентскую семью и самого Президента, предлагая свои услуги в покупке всех необходимых вещей - от носков и белья до вилл, машин, яхт, драгоценностей. Ещё немного - и Кучма превратился бы в марионетку олигархов... Юлия Тимошенко своими реформами спасла Кучму от постыдной участи. В то же время Юлия Тимошенко открыла Марчуку новые горизонты для политической деятельности.

Но если Юлию Тимошенко вовремя не остановить - она может далеко зайти. Это понимали и Кучма, и Марчук. Юлия Владимировна могла подорвать не только могущество олигархов, но и могущество Системы, Режима. Поэтому надо было что-то предпринимать...

В августе 2000 года Евгений Марчук выступил с резкой критикой состояния дел в энергетической отрасли. Согласно докладной записке, написанной на имя Президента, политика Юлии Тимошенко в энергетической отрасли вредит национальным интересам Украины. Неоднократно Марчук выступал также против отдельных решений премьер-министра Виктора Ющенко. Более того: информация о противостоянии Ющенко и Марчука просочилась в прессу. Как результат - Ющенко в ноябре 2000 года идёт на создание при Кабинете Министров новой структуры - Правительственного комитета по вопросам обороны, оборонно-промышленного комплекса и правоохранительной деятельности, назначив на должность руководителя Комитета одного из оппонентов Марчука - Владимира Горбулина. Стоит ли напоминать хотя бы тот момент, что Горбулин был предшественником Марчука на посту секретаря Совбеза!

Развитию скандала помешал острый политический кризис в Украине, который возник поздней осенью 2000 года.

Кость Бондаренко

(продолжение следует)

Евгений Марчук. Жизнеописание кандидата в украинские Де Голли. Часть 5

Источник: ForUM