Евгений Марчук. Жизнеописание кандидата в украинские Де Голли. Часть 4.

17 сентября 2003, 10:47
 Политика Источник: ForUM Персоны: Кучма Л. Д., Тимошенко Ю. В.
Медведчук решил поступить с Марчуком как Хрущёв поступил с Жуковым: в июне 1957 года Георгий Жуков помог Хрущёву укрепить своё положение в ЦК и в октябре того же года Хрущёв отправил в отставку и в фактическую опалу Жукова - слишком уж опасен был прославленный маршал для первого секретаря ЦК. Медведчук после того, как Марчук помог ему укрепиться на посту председателя СДПУ (о), начал всячески выталкивать Марчука из партии.

После отставки

...Отставка принесла Марчуку популярность. На него стали смотреть с надеждой. Именно Марчук рассматривался как центр группировки оппозиционных сил. Политическая формулировка причин отставки сделала своё дело - Марчук начал заново политическую карьеру. При этом многие считали, что Марчук обладает огромными (чуть ли не эзотерическими) знаниями и огромным багажом компромата. Мол, придёт Марчук и назавтра всех коррупционеров выведет на чистую воду. "Компромат Марчука" стал ещё одним мифом украинского политикума. Как и сам Марчук постепенно стал обрастать мифами и превращаться в существо почти мифическое. От реального Марчука-96 осталось слишком мало - одни лишь мифы.

Я помню, как выстраивались целые очереди журналистов и писателей, желающих попасть в спичрайтеры к Марчуку. Помню, как в 1996 году ряд моих знакомых мечтали сделать себе карьеру, попав в штаб к Евгению Кирилловичу. Помню, какая истерия развернулась вокруг имени Марчука: "Марчук - надежда нации", "Марчук - наш Президент", "Марчук - спаситель Украины". Казалось, ему простили всё - и КГБистское прошлое, и проблемность правительства, и многое, многое другое.

Из политической жизни он не уходил: чувствуя шаткость положения кресла, премьер-министр в конце 1995 года выдвинул свою кандидатуру на довыборах в народные депутаты в Миргородском избирательном округе Полтавской области. До 1990 года Марчук работал в Полтавской области, у него осталось там немало друзей и соратников, которые оказали необходимую помощь. И хотя Администрация Президента оказывала всяческое давление на ход выборов, пытаясь не допустить Марчука к депутатскому мандату, он всё же провёл кампанию на ура. На всякий административный ресурс можно найти противоресурс. Так случилось и в Миргороде в декабре 1995 года. Финальной сценой стал отказ одного из "проходных" кандидатов, Игоря Бакая, от участия в кампании - в пользу Марчука. Командность игры Марчука и Бакая была очевидной, но для избирателей добровольное снятие кандидатуры Бакая стало сенсацией. В результате Марчук стал народным депутатом.

После своей отставки он возглавил в парламенте фракцию "Социально-рыночный выбор" (не самая большая и не самая активная фракция). Более того: Марчука стали сватать различные политические партии. Первыми политический альянс Марчуку предложили представители Либеральной партии Украины, по меткому выражению В.Чепиноги, "обеспокоенные политическим параличом главы ЛПУ Владимира Щербаня". Вызрел план политического треугольника Марчук - либералы - УНА-УНСО (только наивные верили в то, что Евгений Кириллович не причастен к деятельности этой политической праворадикальной структуры). Однако Владимир Щербань подавил промарчуковские тенденции ещё в зародыше, изгнав из ЛПУ Александру Кужель "со товарищи". Продолжим цитирование В.Чепиноги: "Трагически погибший народный депутат, либерал, Евгений Щербань занимался подготовкой беспрецедентного контракта по вышеупомянутым партийно-персональным параметрам. Работа велась серьёзная. Протокол совместных намерений далеко уходил от примитивных деклараций общей взаимоподдержки и аморфного сотрудничества в заоблачные высоты конкретных договорённостей, вплоть до уточнения фамилий будущих начальников районных отделений милиции в случае прихода к власти. "Контрагенты исторических преобразований" стремились нынешний мир преобразовать по заветам своего идеологического противника "до основанья". А затем? Затем "Віра, надія, УНА". После убийства Евгения Щербаня, генератора проекта качественно нового обустройства родины, либералы сами испугались своей возможной силы. Сотрудничество с УНА и Марчуком было уничтожено в эмбриональной фазе развития".

В октябре 1996 года, незадолго до гибели, Евгений Щербань основал в Киеве газету "День". После убийства Щербаня "День" перешёл под контроль Марчука. Фактически Марчук получил в своё распоряжение единственную информационно-аналитическую ежедневную газету со сформированной аудиторией. Более того: газета постепенно стала приобретать имидж оппозиционной, что привело к притоку к изданию как читателей, так и высококлассных авторов. Вскоре происходит и замена главного редактора: вместо Владимира Рубана, давшего газета "путёвку в жизнь", редактором издания становится бывшая пресс-секретарь Марчука Лариса Ившина.

В конце 1996 года намечается тактический альянс Евгения Марчука и председателя Социал-демократической партии Украины Юрия Буздугана. Маленькая, но амбициозная украинская партия ещё в начале 90-х годов наладила тесные отношения с Социнтерном. Буздуган старался удерживать своеобразную монополию на контакты с влиятельной международной организацией. После заключения альянса с Марчуком состоялась совместная поездка Буздугана и Марчука на форум Социнтерна. Фактически с этого времени Марчук начинает декларировать себя как последователя социал-демократической идеологии. Фактически благодаря Юрию Буздугану Евгений Марчук стал социал-демократом по убеждениям. И уже не столь важно, что в будущем он трижды или даже четырежды поменяет свой более конкретный выбор и побывает почти во всех лагерях пёстрой системы украинской социал-демократии.

Марчук твёрдо решил идти на президентские выборы 1999 года. Более того: он начал искать ту комбинацию политических ходов, которая могла бы обеспечить ему победу. Что имел в своём активе Марчук? Неограниченную энергию, жажду власти, амбиции, некую харизму у части электората. Он также имел ореол таинственности и имидж "украинского Джеймса Бонда". В него поверили как правые, так и часть левых (например, в 1997 году у Марчука сложились неплохие отношения с лидером крымских коммунистов Леонидом Грачом). Однако Марчуку не хватало системности в подходе к подготовке к выборам. Ему не хватало материального и административного ресурсов. Более того: ему не хватало экономических знаний, а как политик он только-только учился работать в условиях "света", а не "тени". Премьерство Марчука и его длительная работа в кулуарах власти продемонстрировали: Марчук стал только политической фигурой, но отнюдь ещё не политиком. Ему предстояло именно научиться быть политиком. И Марчук взялся за учёбу, демонстрируя неплохие результаты.

Однако один существенный шанс Марчук упустил. Просчётом Марчука можно назвать то, что в 1997 году он не согласился на политический альянс с Павлом Лазаренко. В том, что переговоры относительно возможности создания такового альянса имели место быть, не приходится сомневаться. В июне 1997 года Лазаренко, который, по мнению экспертов, в своё время "подсидел" Марчука, оставил должность премьера. Взяв на время тайм-аут, Лазаренко оказался во главе партии "Громада" - к тому времени маленького партийного образования, о котором знали разве что специалисты-политологи. Благодаря Лазаренко, "Громада" стала мощным фактором украинской политики. Близкий к "Громаде" В.Чепинога в 1997 году писал в "Компаньоне": "Под Марчука "Громада"... собирается трубить большой сбор адептов "конструктивной оппозиции" и призывать под знамёна "агрессивного реванша" (определение лидера "Громады" Юлии Тимошенко) так называемый средний класс Украины". Михаил Погребинский в июле 1997 года писал о слухах относительно вступления Лазаренко и Марчука в "Громаду". В сентябре того же года политолог писал: "То обстоятельство, что в обществе "явочным порядком" формируются антипрезидентские настроения и на этой базе создаётся широкая парламентская коалиция, стало основанием для предположений о возможности более организованного альянса. Распространена версия о возможности существования триумвирата "Мороз - Марчук - Лазаренко"; в её подтверждение приводят, в частности, факт принятия закона о выборах. Координация этими политиками своей деятельности для решения локальных задач вполне вероятна, однако трудно допустить возможность долгосрочного союза между ними. Будучи самыми сильными политическими фигурами в стране, все они достаточно амбициозны; именно их, наряду с Л.Кучмой, называют наиболее вероятными кандидатами на президентских выборах".

Вот именно: амбиции политиков не дали возможности воплотить в жизнь проект "Антикучма-99".

Как-то в частном разговоре один из ведущих политтехнологов Украины рассказал мне историю создания идеологического базиса "Громады". По его словам, в 1997 году, накануне парламентских выборов, Павел Иванович Лазаренко пригласил российских политтехнологов для выработки политической стратегии "Громады". Россияне, поработав некоторое время в Украине, предложили заказчику стандартную формулу: мол, объявите себя социал-демократической - по духу - партией и смело идите на выборы. Кардинально отличался подход к проблеме у украинских политтехнологов, которые заметили: украинское общество слабо структурировано идеологически. Рядовой украинец слабо разбирается в нюансах социал-демократии. Избирателю надо дать не стройную идеологию, а понятный набор лозунгов. Что или кто более всего раздражает рядовых украинцев? Правильно - власть, олицетворением которой является Президент Леонид Кучма. Поэтому "Громада", если хочет получить голоса избирателей, должна идти в оппозицию и группировать вокруг себя оппозиционную среду. Таким образом, "Громада" получит голоса не тех, кто захочет проголосовать "за" социал-демократию, а тех, кто будет голосовать "против" Кучмы. Расчет оказался верным. Сергей Рахманин на страницах "Зеркала недели" позже иронизировал, что в Украинской оппозиции действуют "закон Мороза" (обладающий властью обладает правом находиться к ней в оппозиции) и "правило Лазаренко" (всякому угнетателю позволительно бороться за права угнетённых).

Сейчас трудно говорить, что было первичным, а что вторичным - амбиции лидеров или разработки технологов от политики. Но к осени 1997 года стало понятно: Лазаренко воспринял ту платформу, которая была разработана украинскими технологами. Марчук был более склонен доверять россиянам. К тому же Марчук оказался не готовым идти в жёсткую оппозицию к действующей власти. Поэтому Лазаренко стал эксплуатировать "антикучмистскую" идею, а Марчук - социал-демократическую.

С осени 1997 года Марчук начал вести переговоры с Социал-демократической партией Украины (объединённой). Соперница СДПУ (о), СДПУ (Буздугана), по подсчётам Марчука, имела не слишком высокие шансы на победу. Буздуган пользовался поддержкой Социнтерна, но у него не было достаточного количества финансов и ярких имён. Марчук, придя в партию, попросту сделал бы её своим карманным проектом - ни один политик в СДПУ не мог сравниться с Марчуком по силе, влиянию, известности. Однако Марчук понимал, что "покупка" партии повлечёт за собой необходимость капиталовложений в партию. Если учесть тот момент, что главной целью Марчука были отнюдь не парламентские, а президентские выборы, то становится понятным нежелание Евгения Кирилловича тратить деньги на партийный проект. Идеальным вариантом ля Марчука было бы участие в политическом проекте, которому он мог бы дать своё имя (как раскрученный брэнд), но при этом отнюдь не требовались чрезмерные капиталовложения в проект со стороны Марчука. Для этого проект должен был предполагать некую финансовую самодостаточность и наличие собственных финансистов. В случае успешного завершения переговоров с Лазаренко таковым проектом могла стать "Громада". Однако был альтернативный и более спокойный проект - СДПУ (о).

Социал-демократическая партия Украины (объединённая), возглавляемая в то время народным депутатом Василием Онопенко, имела ряд заманчивых нюансов. Во-первых, она могла похвастаться наличием в своих рядах ярких политиков (Онопенко, Медведчук, а с января 1998 года - и первый Президент Украины Леонид Кравчук). Во-вторых, партия имела своих финансистов (в первую очередь, среда "великолепной семёрки" - Згурский, Губский, братья Суркисы, Медведчук, Карпенко, Лях). В-третьих, она не была откровенно оппозиционной - наоборот, в 1997 году партия нашла подходы к Президенту и как раз могла похвастать своей приближённостью к власти.

На съезде СДПУ (о) 18 октября 1997 года был обнародован избирательный список партии. В первую пятёрку вошли Леонид Кравчук, Евгений Марчук, Василий Онопенко, Григорий Суркис, Виктор Медведчук. Таким образом, Марчук определился со своим выбором.

Интересно, но по времени съезд партии практически совпал с официальным заявлением Марчука о желании баллотироваться на пост Президента Украины в 1999 году.

В ходе избирательной кампании 1998 года Евгений Марчук - официальный 2-й номер списка СДПУ (о) - сделал ряд интересных заявлений. Например, достаточно резонансным стало обращение Марчука к кандидатам в народные депутаты с призывом не дублировать выдвижение по партийным спискам выдвижением в мажоритарных округах. "Надо соблюдать исходные принципы смешанной системы", - считал Марчук. Это заявление вызвало резкую негативную оценку со стороны лидеров трёх политических сил - Народно-демократической партии, Народного руха Украины и "Вперед, Україно!". Также достаточно резонансно прозвучала из уст Марчука оценка репрессий официальных властей по отношению к газете "Правда Украины", находящейся под выразительным влиянием "Громады". Марчук оценил репрессии как "очень тревожный знак, свидетельствующий, что со свободой слова в Украине есть проблемы". Впрочем, это заявление выглядит естественным, если учесть, что Павел Лазаренко незадолго перед этим назвал Марчука в числе своих личных друзей.

Фактически парламентские выборы 1998 года для Марчука были лишь "статусными". Ему необходимо было снова получить статус народного депутата и продолжать подготовку к президентским выборам. Парламент интересовал его меньше всего. Этим можно объяснить и поведение Марчука в стенах парламента.

Возглавив в мае 1998 года фракцию СДПУ (о), Марчук имел все шансы побороться за кресло спикера Верховной Рады. С одной стороны, спикерство было неплохой стартовой площадкой на президентских выборах. С другой стороны, Евгений Кириллович понимал, что, находясь на посту председателя Верховной Рады, он (особенно после заявления о намерении баллотироваться) неизбежно придёт к конфликту с Леонидом Кучмой, а сам Кучма сделает всё от него зависящее, дабе максимально скомпрометировать Марчука. Поэтому Марчук начал искать комбинацию, при которой существовала бы возможность иметь в кресле спикера приемлемую фигуру. И эта фигура нашлась.

Александр Ткаченко, лидер левацкой Селянской партии Украины, был человеком, у которого сложились тесные связи с Евгением Марчуком - ещё с 1990 года, когда Александр Николаевич был министром сельского хозяйства УССР. Позже близкие к Ткаченко люди - говорят, не без помощи и покровительства Марчука, - наладили успешный бизнес в Южной и Центральной Украине. В неплохих отношениях с Марчуком находилась племянница Ткаченко, народный депутат Украины Людмила Супрун. Слабо изученными являются отношения Марчука и "правой руки" Ткаченко - депутата Сергея Довганя. Кроме того, Ткаченко был человеком, по отношению которого было возбуждено уголовное дело (так называемое дело корпорации "Земля и люди") - то есть, существовали дополнительные рычаги воздействия на этого политика. В использовании этих рычагов были заинтересованы как Марчук, так и Кучма. Что касается Ткаченко, то он откровенно боялся Кучму и союз с Марчуком представлялся для него возможностью найти сильного и влиятельного друга, который бы смог защитить его от Президента.

В любопытном документе с грифом "Для служебного использования" и названием "Евгений Марчук и возможные меры контрпропагандистского характера во время избирательной кампании 1999 года", составленном в одном из штабов Л.Кучмы, читаем следующий факт: "На протяжении длительного времени Е.Марчук тесно сотрудничал с бизнес-структурами А.Ткаченко. Он чудесно был проинформирован о деятельности компании "Земля и люди" и ряда других структур, к которым был причастен А.Ткаченко, поскольку основные транши кредитов для этих структур выделялись в то время, когда Е.Марчук возглавлял СБУ и правительство. Кто, если не отдел по борьбе с экономическими преступлениями при СБУ, должен отслеживать деятельность структур, подобных "Земле и людям"? А между тем в Украине в начале 90-х велось практически неприкрытое разбазаривание государственной собственности. На протяжении 1991 - 1995 гг. СБУ не отследила и не возбудила ни одного дела по факту разворовывания государственной собственности, где бы фигурировали фамилии высоких должностных лиц. Поэтому Е.Марчук должен отвечать за покрывание коррупционеров ещё в самом начале существования такого явления, как государственная коррупция".

Когда в июне 1998 года "спикериада" (процесс избрания спикера) затянулся до неприличия, Марчук решил сделать ставку на вроде бы непроходного Ткаченко. Для этого он, как лидер фракции, пошёл вопреки межфракционным договорённостям. Незадолго до выборов фракции Народного руха Украины, Народно-демократической партии, СДПУ (о) и Партии зелёных подписали соглашение о совместных действиях ради того, чтобы не допустить к руководству парламентом представителя левых сил. Голосование по кандидатуре Ткаченко продемонстрировало, что СДПУ (о) и Зелёные нарушили своё обещание и часть депутатов из этих фракций отдали свои голоса за этого кандидата. Результат - Ткаченко становится председателем Верховной Рады Украины... Марчук мог праздновать очередную тактическую победу.

Следом за избранием спикера начинается делёж парламентских портфелей. Теперь уже Марчук мог откровенно претендовать на один из наиболее важных портфелей - руководителя парламентского комитета по социальной политике и труду. Пост, очень важный в пропагандистском плане - особенно накануне президентских выборов. Получив этот пост, Марчук мог смело рядиться в тогу "защитника всех гонимых, униженных и оскорблённых". Кстати, марчуковские штабы в ходе президентской кампании 1999 года небезуспешно использовали этот образ. Например, в агитационной литературе использовались - как работа Марчука - факты принятия Верховной Радой Украины законов, временно запрещающих повышение размеров коммунальных платежей, лишение работников бюджетной сферы льгот, а также устанавливающие увеличение срока оплачиваемого отпуска с 12 до 24 дней.

В конце 1998 года обострилась внутренняя ситуация в СДПУ (о). Всё началось с того, что группа крупных бизнесменов в среде партии решила установить прямой контроль над партией. На пути к достижению цели стояла группа "чистых политиков" во главе с Василием Онопенко - председателем партии. Осенью 1998 года "бизнесмены от политики" ("политики от бизнеса") - Медведчук, Суркис и др. - навязали внутрипартийную дискуссию, которая завершилась фактическим изгнанием группы Онопенко из СДПУ (о). Обиженный Онопенко создал Украинскую социал-демократическую партию (УСДП) и в 1999 году безуспешно пытался баллотироваться на президентских выборах. Роль Марчука во внутриэсдековских играх свелась к поддержке Медведчука в противовес Онопенко. Марчук помог Медведчуку заполучить в своё распоряжение партию.

После этого Марчук стал опасным для Медведчука. Медведчук понимал, что Евгений Кириллович слишком много знает и о нём, и о его окружении. Более того: не исключалось, что Марчук захочет на втором этапе ХІІІ съезда партии 26 декабря 1998 года возглавить партию. О крайней мере, партийные аналитики в закрытых записках на имя председателя партии говорили об этой возможности. Медведчуку рисовали картины и сюжеты из хрущёвского периода. Соответственно, Медведчук решил поступить с Марчуком как Хрущёв поступил с Жуковым: в июне 1957 года Георгий Жуков помог Хрущёву укрепить своё положение в ЦК и одержать победу над Молотовым, Маленковым, Кагановичем "и примкнувшим к ним Шепиловым". В октябре того же года Хрущёв отправил в отставку и в фактическую опалу Жукова - слишком уж опасен был прославленный маршал для первого секретаря ЦК. Медведчук после того, как Марчук помог ему укрепиться на посту председателя СДПУ (о), начал всячески выталкивать Марчука из партии.

Вполне возможно, что имело место и давление на Медведчука со стороны Президента: Марчук декларировал свою оппозиционность, от чего мог страдать бизнес Медведчука и других членов СДПУ (о). Немудрено, что Марчук очень скоро почувствовал прохладное отношение к себе со стороны товарищей по партии.

Хотя нельзя сказать, что для Марчука дальнейшее пребывание в партии было настолько принципиальным. Как раз к концу 1998 года Марчук созрел к пониманию того, что лидерство в партии - далеко не достаточный стартовый трамплин на президентских выборах. Марчуку нужна была своя политическая ниша и, соответственно, необходима была коалиция политических сил, поддерживающих его кандидатуру. Для себя Марчук решил, что СДПУ (о) его мало устраивает. Для него партия исчерпала себя как механизм достижения целей. В середине 20-х годов состоялась знаменитая дискуссия Симона Петлюры и Юзефа Пилсудского. Оба в своё время были убеждёнными социал-демократами, но позже Пилсудский отошёл от социал-демократических идей и превратился в жёсткого диктатора. Петлюра попробовал было намекнуть своему приятелю - мол, негоже обращаться так с социал-демократической идеологией и практикой. На что Пилсудский ответил: "Я на поезде социал-демократии доехал до станции "Польша" и вовремя вышел". Марчук на поезде социал-демократии доехал до парламента, укрепил в Верховной Раде свои позиции и вовремя вышел.

23 декабря 1998 года Марчук заявил о сложении с себя полномочий председателя фракции СДПУ (о) в Верховной Раде. Объясняя этот шаг, Марчук отметил, что не желает связывать себя в ходе избирательной кампании решениями партии, и что в позициях его и его партии кое-что уже сейчас не совпадает, особенно в отношении власти.

Последствия демарша Марчука стали отчётливо видны уже после второго этапа ХІІІ съезда партии (26 декабря 1998 года). Если на ХІІ съезде СДПУ (о) в декабре 1997 года по предложению Марчука было решено объявить партию оппозиционной, то теперь, спустя год, исчезли всяческие упоминания об оппозиционности СДПУ (о). М.Погребинский в те дни констатировал: "На 2-м этапе съезда уже не было ни малейших упоминаний об оппозиционности, равно как и критики действующей власти. Съезд был посвящён проблемам повышения влиятельности партии в президентских и будущих парламентских выборах - говорилось о необходимости сосредоточения усилий для победы, завоевания большинства в ВР и т.п. Не обсуждались ни пожелания к возможному кандидату (не говоря уж о его имени), ни общая ситуация в стране".

Оценивая события с расстояния в пять лет, можно констатировать, что осень 1997 года и заявление Марчука о желании баллотироваться были лишь декларацией о намерениях, а декабрь 1998 года и выход из СДПУ (о) стали реальным стартом избирательной кампании Евгения Кирилловича.

(продолжение следует)...

Часть третья

Источник: ForUM